Сайт о здоровом образе жизни!

6 фобий Николая Гоголя

6 фобий Николая Гоголя

Николай Васильевич Гоголь фото

Николай Васильевич Гоголь фото

«…Все мне бросилось разом на грудь. Нервическое расстройство и раздражение возросло ужасно, тяжесть в груди и давление, никогда дотоле мною не испытанное, усилилось… К этому присоединилась болезненная тоска, которой нет описания. Я был приведен в такое состояние, что не знал решительно, куда деть себя, к чему прислониться. Ни двух минут не мог я остаться в покойном положении ни на постели, ни на стуле, ни на ногах…»

Так в часы очередного приступа депрессии описывал свое состояние Николай Васильевич Гоголь (1809—1852). Определить болезнь, мучившую великого писателя, исследователи пытались два века подряд.

Но лишь недавно, сопоставив все факты и описания, ситуацию как будто удалось прояснить. Живи Николай Васильевич в XXI веке, в его медицинской карточке с большой вероятностью появился бы суровый диагноз: маниакально-депрессивный психоз.

На роду написано

Вполне вероятно, что свой недуг Николай Васильевич унаследовал от родителей. Отец писателя, дворянин Василий Гоголь-Яновский, страдал приступами, во время которых впадал то в жестокую тоску «от страшных воображений», то вдруг становился неудержимо веселым. Он свято верил в сны: однажды ему приснилась его невеста — семимесячная соседская девочка.

14 лет Василий Гоголь ждал, пока героиня его сновидения, Маша Косяровская, подрастет, чтобы жениться на ней. Сон оказался пророческим, и вскоре после свадьбы у четы Гоголей родился маленький Никоша — будущее светило мировой литературы. У матери Гоголя водились свои «тараканы в голове», да такие, что школьные товарищи Николая открыто называли ее ненормальной.

Мария Гоголь-Косяровская была либо чересчур весела и делала бессмысленные покупки на последние деньги из семейного бюджета, либо становилась мрачной и часами сидела в одной и той же позе. Она же до смерти напугала маленького сына рассказами о Страшном суде и буднях в аду. С тех пор, по словам биографов, Гоголь постоянно жил «под террором загробного воздаяния». Исследователи считают, что и у матери, и у отца писателя были симптомы, весьма напоминающие маниакально-депрессивный психоз. А если им страдают оба родителя, в 67% случаев болезнь передается ребенку.

Болезнь Н.В.Гоголя

Официально это расстройство эмоциональной сферы признали только в начале XX века. Для недуга характерно чередование фаз: маниакальной — с необычайным душевным подъемом, повышенной двигательной активностью и ускоренным мышлением — и депрессивной, когда все валится из рук, а тело и ум как будто впадают в спячку. Приступы длятся по несколько недель или месяцев и разделяются светлыми промежутками — гипоманией и субдепрессией.

По предположениям исследователей, болезненная наследственность проснулась в Николае Васильевиче в 21 год, причем в гипоманиакальной фазе. Ничего не подозревая, Гоголь в это время работал над произведением «Вечера на хуторе близ Диканьки«. Для писателя это был период невероятного подъема, упоения, повышенного физического и умственного тонуса.

После анализа всего творческого пути Н. Гоголя с учетом фаз его болезни выяснилось, что лучшие свои произведения он написал в гипоманиакальном или маниакальном состоянии, когда перо буквально летало по бумаге, лихо закручивались сюжеты. В такие дни писатель Н.В. Гоголь становился безудержно веселым, мог прямо посреди улицы пуститься в пляс. Но за периодами подъема следовала фаза депрессии: в эти дни Гоголь вымучивал каждое слово, но проза, выходившая из-под его пера, была блеклой, серой, невыразительной.

Депрессия напрочь отбирала у Гоголя сон и аппетит — он ужасно худел. При маниакально-депрессивном психозе нарушаются белковый, жировой и углеводный обмены. В клетках накапливаются продукты обмена, рушится кислотно-щелочной баланс. Даже при нормальном питании в моменты обострения болезни люди быстро теряют в весе. В периоды мании Гоголь страдал обжорством и булимией, но в месяцы депрессий худел настолько, что по его телу, как писал сам Николай Васильевич, можно было «изучать полный курс анатомии: до такой степени оно высохло и сделалось кожа да кости». Всего исследователи и биографы насчитали у писателя четыре приступа депрессии, промежутки между которыми становились все меньше и меньше, а сама болезнь с каждым разом усугублялась.

Ощущения больного маниакально-депрессивным психозом Николай Васильевич сполна передал в своих записях: «Я был болен, очень болен, и еще болен доныне внутренне. Болезнь моя выражается такими страшными припадками, каких никогда еще со мною не было; но страшнее всего мне показалось то состояние, которое всякий образ, пролетавший в мыслях, обращало в исполина, всякое незначительно-приятное чувство превращало в такую страшную радость, какую не в силах вынести природа человека, и всякое сумрачное чувство претворяло в печаль, тяжкую, мучительную печаль, и потом следовали обмороки, наконец, совершенно сомнамбулическое состояние… Меня томит и душит все, и самый воздух».

У Гоголя была мания сожжения своих литературных сочинений. За всю жизнь он совершал этот акт около 10 раз. Второй том поэмы «Мертвых душ» трижды предавал огню, и всякий раз в тот момент, когда произведение уже практически было готово к изданию!

Коллекция страхов Гоголя

На пике приступов Гоголя посещали страшные галлюцинации. Он слышал голоса, обвиняющие его в греховных поступках и предрекающие жуткие наказания, видел умерших, картины ада. Душевная болезнь вытащила из подсознания и превратила рассказы о потустороннем мире, услышанные в детстве и испугавшие маленького Николая, в фобию Страшного суда и ада. Вообще, психиатры-клиницисты, изучавшие историю болезни писателя, насчитали у Гоголя по меньшей мере шесть фобий.

Кроме ужаса перед адом, у Николая Васильевича отмечалась тафефобия — страх быть погребенным заживо. Последние одиннадцать лет жизни, с конца 1840 года, писатель спал (точнее, дремал) исключительно сидя в кресле: горизонтальная поверхность кровати ассоциировалась у него со смертным одром. Он боялся уснуть и очнуться в могиле.

У Гоголя действительно были нарушения сна : — изнурительная бессонница, кошмарные сновидения, а в начале 40-х годов он несколько раз впадал в очень глубокий и продолжительный летаргический сон. Первую главу «Выбранных мест из переписки с друзьями» он начинает такими странными словами: «Находясь в полном присутствии памяти и здравого рассудка, излагаю здесь свою последнюю волю. Завещаю тела моего не погребать до тех пор, пока не покажутся явные признаки разложения.

Упоминаю об этом потому, что уже во время самой болезни находили на меня минуты жизненного онемения, сердце и пульс переставали биться…» Вот уже два века подряд ходит по миру легенда о сбывшихся опасениях писателя. Спустя 79 лет после смерти Гоголя его прах был перезахоронен. По словам одного из очевидцев этого действа, писателя Лидина — к слову, известного фантазера и выдумщика, — тело Гоголя нашли в скорченном положении, а внутренняя обивка гроба была искусана и исцарапана.

После смерти Н. Гоголя различными авторами были выдвинуты следующие версии: летаргический сон с последующей гибелью в могиле от недостатка кислорода, намеренное лишение себя пищи с развитием тяжелой алиментарной дистрофии, отравление или самоотравление каломелем, спинная сухотка, брюшной тиф, депрессивный психоз с отказом от пищи и другие.
У Гоголя была фобия отравления лекарствами (прописанные врачами препараты, он категорически отвергал) и танатофобия, или страх внезапной смерти: он боялся панически умирающих, умерших и церемонии похорон. Помимо этого писателя одолевал ужас перед профессиональной смертью. Гоголя била дрожь при мысли о том, что из-за тяжелого недуга он не сможет выполнить самую главную творческую работу его жизни — написать трехтомник «Мертвых душ». Терзал его душу еще один страх — перед болезнями, особенно — перед неизлечимыми.

Последние двадцать лет жизни мнительный Гоголь обследовался у множества врачей, за исключением психиатра, и все ему ставили разные диагнозы: «нервическое расстройство», «ипохондрия», «болезнь печени», «катар кишок», «спастический колит», «поражение нервов желудочной области», «геморроидальная болезнь» и т. п. Но сказать с уверенностью, что именно гнетет прославленного пациента, не мог никто. Депрессии Гоголя сопровождались болями в пояснице, животе, голове, продолжительными запорами, мучительными спазмами в груди и сердце. Это была чистая психосоматика: в симптомах телесных находила выход его душевная болезнь.




В последние 10 лет жизни муза практически не посещала Гоголя. Публика, с восторгом ходившая на постановки «Ревизора«, зачитывавшаяся «Тарасом Бульбой«, «Вечерами на хуторе…» и «Мертвыми душами«, ждала от писателя новых шедевров, но тот молчал. Окружающие замечали, как резко изменился характер писателя.

Некогда живой и жизнерадостный, у него проявился еще один симптом маниакально-депрессивного психоза — психическая анестезия, или скорбное бесчувствие: Гоголь стал безучастным и равнодушным ко всем земным радостям и печалям. Часами он мог сидеть неподвижно, уставившись в одну точку, и трудно было сказать, спит ли он наяву или думает свою невеселую думу.

Вверх по лестнице

Последняя депрессия накатила на писателя после внезапной смерти его близкой приятельницы Е. М. Хомяковой. С невероятной силой он вдруг почувствовал, что должен умереть. В феврале 1952 года начался Великий пост, и Николай Васильевич, и без того проживавший депрессию в голоде, вовсе отказался от пищи. В последние годы он был болезненно религиозен и считал себя невероятным грешником.

Поддержать дух писателя в пост прибыл его духовный наставник, отец Матфей. Вместо поддержки он потребовал ужесточения поста и призвал Гоголя оставить богопротивное писательство, сжечь последнюю редакцию второго тома «Мертвых душ». Однажды он так запугал Николая Васильевича перспективами адского возмездия, что слуги слышали, как писатель кричал: «Оставьте! Слишком страшно!» В ночь с 11 на 12 февраля Гоголь сжег единственный экземпляр продолжения «Мертвых душ».

Как умер Н.В. Гоголь

Три недели практически полного отказа от пищи и ограничений в воде, ночные бдения и самоистязание молитвами сделали свое дело. Истощение Гоголя достигло своей крайне точки: не подходивший одиннадцать лет к постели, в один из дней он повалился на нее в халате и сапогах и больше никогда уже не вставал. Возле него был собран консилиум врачей, которые долго не могли определиться с диагнозом и методом лечения.

Подозревали воспаление кишечника, брюшной тиф, «религиозную манию» с голоданием и истощением. Но сошлись почему-то на менингите, хотя большинство классических признаков этой болезни у Николая Васильевича совершенно отсутствовало. Вместо усиленного кормления, которое могло вернуть к жизни изнуренного больного, врачи насильственно лечили писателя холодными обливаниями, прикладывали к его носу пиявок, обкладывали тело горячими хлебцами и капали на голову едкий спирт. Гоголь просил оставить его, но эскулапы продолжали свое дело.

Отдых Николай Васильевич нашел лишь ночью. В полузабытьи он кричал: «Лестницу мне, лестницу!» Когда-то в детстве бабушка рассказывала ему о лестнице, которую ангелы спускали с неба. Чтобы попасть в рай, на седьмое небо, нужно было преодолеть семь ступеней… Когда наутро после дня насильственной терапии врачи вернулись для продолжения «лечения», их пациент уже предстал перед Богом. Гоголь Н. В. умер во сне. Так, по преданию, уходят люди, которых любит Господь.

Оцените этот пост, я старался:

Ужасная статьяНичего интересногоТак себеНормальноХорошоКлассная статьяШедевр (28голосов, средний балл: 6,68 из 7)
Загрузка...

Понравилась статья?! Поделитесь с друзьями:

комментариев 5
  1. Не знала, что у НВ был МДП. Теперь все понятно

  2. Спасибо большое за статью! У меня столько эмоций, что не знаю,что сказать.Написано чудесно и по теме,как говорится.

  3. Начала сегодня с сыном с «Тараса Бульбы». Далее биография, научно-исследовательские статьи. Какой-то новый взгляд на личность писателя. Не могу остановиться, читаю… В наших головах — штампы о Гоголе «подаренные» школой. В ряду прочих, очень заинтересовала Ваша статья. Меня как врача, убеждает Ваш взгляд, Ваша трактовка жизни писателя и «история болезни». Для меня все это ново. Спасибо за статью. Интересно и логично. Но школьникам, пожалуй, все это знать не обязательно.

  4. Он вообще странный, этот Гоголь. Вот и второй том своих Мертвых душ зачем-то сжег в последние дни своей жизни, когда ушел в длительную голодовку. Несправедливо поступил с читателем.

    • Он страдал шизофренией. Нам учительница музыки сказала, что есть такая версия. В порыве шизофрении и сжег.

Добавить комментарий